Какими способами Европа будет воздействовать на Россию

Иван Миклош пришел в правительство Словакии на выборах 1998 года. Тогда он возглавил Министерство экономики, а позже — Минфин страны. Благодаря его реформам Словакия поднялась до 32 места по легкости ведения бизнеса в рейтинге Doing Business, а он сам в 2004 году получил статус главного реформатора бизнеса.

Одним из главных достижений его правительства стала налоговая реформа. Словакия снизила ставки ключевых налогов и социальных взносов, систему налогообложения упростили (раньше она была до того запутанной, что включала 21 вид налогообложения доходов с пятью различными ставками), провели сближение налогового учета с бухгалтерским. Кроме того, словаки вывели из тени значительные средства путем ликвидации причин, по которым, собственно, эти деньги ушли в тень.

Теперь контроль за прозрачностью деклараций прибыли осуществляют сами акционеры, дивиденды которых после уплаты налога на прибыль не облагаются никакими сборами.

Также была изменена система распределения льгот. Для начала 80% из них Миклош просто отменил. Потом были введены адресные льготы, направленные на поддержку депрессивных регионов и инновационных отраслей вроде IT.

Кроме того, малообеспеченная часть населения (годовой доход меньше 3440 евро) может не платить налог на доход и на недвижимость.

Все это значительно повысило конкурентоспособность словацкой налоговой системы. В частности, как сообщают СМИ, уровень общего налогового бремени на экономику (учитывая взносы на социальное обеспечение) составил в 2008 году 29,1% ВВП, тогда как в среднем по ЕС он составлял 37,0% а в еврозоне — 37,6%. Несложно догадаться, как сильно это повлияло на приток иностранного капитала.

Особенно хорошо это видно по количеству построенных с нуля заводов инвесторами из других стран. Крупнейшие из них, по оценкам СМИ, это Kia Motors Slovakia (автомобилестроение), Samsung Electronics (электроника), Sony (электроника), Mondi Business Paper (бумага), Hydro Aluminium (производство алюминия) и Whirlpool (бытовая техника).

Для Украины особо важен опыт Словакии, так как стартовала она с положения очень схожего с тем, в каком сейчас находится Украина: правительство, ориентированное на ЕС, пришло на смену авторитарному режиму, похожему по стилю управления на администрацию Януковича.

О том, чем руководствовались словаки, внедряя в своей стране реформы, и какой экс-министр финансов Иван Миклош видит нынешнюю ситуацию в Украине, узнавало Delo.UA.

Как вам удалось сделать вашу экономику более современной и конкурентоспособной?

Самое главное условие для того, чтобы стать более конкурентоспособным и современным — это проведение структурных реформ, которые включают четыре необходимых условия для любой страны, в том числе и Украины.

Прежде всего, речь идет о макроэкономической стабильности, которая включает в себя низкий дефицит бюджета, низкие задолженности, управление государственными финансами.

Далее необходимо создать настолько хороший, насколько это возможно, бизнес-климат. Это подразумевает дерегулирование, экономическую свободу, добросовестную конкуренцию, низкую коррупцию, обеспечение правопорядка и так далее.

Третье важное условие — это эффективная система государственного управления как на высшем, так и на региональном и локальном уровнях, а также на уровне налоговой и судебной системы.

Четвертое — необходимо обеспечить людей хорошим образованием и экономическими знаниями. Вот четыре основных цели, которые необходимо достичь путем совершения реформ.

В случае со Словакией мы оказались в очень специфической ситуации, потому что до 1998 года мы плелись за нашими соседями — мы были за Польшей, Чехией, Венгрией.

Словакия была отстранена от интеграции, в ней не проводилось реформы и ситуация была крайне сложной. И для нас очень важной и стимулирующей стала европейская перспектива, возможность догнать наших соседей и вступить в Европейский Союз с ними. Это был очень мощный стимул, который мобилизовал общественность, оппозицию и создал новое, обширное правительство, которое получило поддержку благодаря этой самой европейской перспективе.

Потому мы начали проводить такие реформы, в результате которых, к примеру, госфинансирование стало прозрачнее, дефицит бюджета уменьшился.

В вашем случае эти реформы необходимы и без евроинтеграции. Но вступление в ЕС может стать дополнительным импульсом для принятия реформ. Ведь это новые рынки, новые торговые партнеры, новые инвесторы.

Я думаю, в Украине ситуация сейчас очень похожа на ту, что была в Словакии в 1998 году. С одной стороны, вы находитесь в тяжелом положении, но с другой стороны есть огромная энергия в обществе, энергия для изменений, это сильное желание, есть Майдан. Вы можете учиться на нашем опыте.

Какими были первые шаги на пути создания современной экономики Словакии?

Первым необходимым шагом стала смена правительства после выборов 1998 года, когда мы сформировали новую власть, согласную с необходимостью проведения реформ и началом интеграции в ЕС.

До этого у нас было правительство, которое сдерживало реформы, было коррумпированным, сдерживало интеграцию — очень похоже на Януковича и его администрацию.

При них мы фактически были исключены из процесса управления страной. То есть, без политических изменений реформы были бы невозможны.

Была сформирована коалиция из коммунистов, либералов, зеленых, христианских демократов — всего в новое правительство вошло 9 партий. Но важным стало то, что мы утвердили общую программу и общие приоритеты, определили, что нашей общей целью будет европейская интеграция и проведение необходимых реформ.

Спустя четыре года работы те партии, которые не были решительно настроены относительно реформ, проиграли на выборах. В 2002 из девяти действующих партий осталось четыре, которые сильнее поддерживали реформы. Именно это второе правительство провело все самые известные реформы: пенсионная, реформа рынка труда, реформа социальной системы.

Ваши реформы были такие же жесткие, как в Грузии?

Наши реформы были либеральнее. В Грузии действительно были очень радикальные реформы, но там был Саакашвили, у которого было 90% поддержки населения на выборах. В Грузии был сильный президент, а у нас было 9 партий от левых до правых, так что все было значительно сложнее.

Сейчас Украине предстоит много работы. Нам нужны серьезные реформы, такие же радикальные, как в Грузии, но впереди выборы. Так как текущему правительству удерживать баланс между проведением реформ и подготовкой к выборам?

 

Не думайте, что вы проведете реформы в том же темпе, что и Грузия. Даже мы не делали все так быстро — словацкие реформы дали хороший результат через 4-6 лет

Конечно, в демократичном парламенте может быть сложно что-то сделать — необходимо получать одобрение людей. Но сейчас все равно необходимо делать все возможные реформы. При этом вы можете ссылаться на множество примеров, к примеру, Польши, вашей соседней страны.

Просто подумайте. Вы уже потеряли 24 года. Польша и Украина имели одинаковый ВВП в 1990 году. Сейчас, после 24 лет, Польша имеет в три раза больший показатель ВВП, нежели Украина, что значит более высокий уровень жизни для населения. У вас сейчас есть два варианта: проводите реформы, и ситуация будет улучшаться — не моментально, может быть, в первые 1-2 года будет только тяжелее, но если реформы будут проведены, вы будете иметь лучшие перспективы для повышения уровня жизни вашего населения.

В случае непроведения реформ катастрофическая ситуация не только продолжится, но, возможно, и усугубится. Но я оптимист, и чувствую здесь эту новую энергию, новые возможности, новые ожидания людей.

Украинскому правительству предстоит огромная работа. Какие первые шаги им стоит предпринять прямо сейчас?

Мне кажется, ваш министр экономики Шеремета — нужный человек в нужном месте. В первую очередь он как министр экономики говорил о регуляции делового климата.

Кроме того, вам предстоит обеспечить макроэкономическую стабильность, что включает в себя фискальную консолидацию. Вам нужна программа от МВФ, и не просто как денежная помощь, а как сигнал, который подтверждает правильность проводимой в стране политики.

Это привлечет приватных инвесторов, которые могут покупать ваши облигации, то есть инвестировать в вас, в ваше производство. Результатом все этого должна быть финансовая консолидация и хорошая монетарная политика.

Что вы имеете в виду, говоря хорошая монетарная политика?

Это значит принятие решения о том, каким будет ваш режим валютного регулирования.
Эксперты предлагают создать валютный совет — отдельный от Центробанка орган, контролирующий валютную политику. И я тоже считаю это хорошей идеей, но мне кажется, что представители вашего Национального банка не поддерживают ее, ведь тогда он (НБУ — Ред.) потеряет значительное влияние на валютную политику, которое имеет сейчас.

Что это должно дать экономике?

Меньший риск безответственной монетарной политики, меньший риск коррупции или политически мотивированного управления валютным курсом. В финансовой политике и монетарной политике будет идти борьба с коррупцией, о которой сейчас постоянно упоминается.

Очень важно также реформировать судебную систему. Многие законы в вашей стране написаны хорошо, проблема в том, что они не соблюдаются. Чтобы они соблюдались, должна быть хорошая судебная система. В этом вся проблема: с одной стороны, судьи должны быть независимы, но с другой — их независимость порождает субъективизм, коррупцию, невыполнение обязанностей и так далее.

В некоторых странах очень сложно повторить то, что в Грузии сделали, например, с полицией, где их просто уволили и наняли новых людей. По отношению к высшему суду — можно было бы вместо украинских нанимать иностранных судей, которым будут больше доверять. Например, отставных судей из восточной Европы или Скандинавии.

Стоит ли Украине сейчас подавать заявку на вступление в ЕС?

Да, конечно. Как я уже упоминал, Майдан символизировал европейскую перспективу, свободу от России и российского влияния, а это серьезный сигнал для ЕС. Разумеется, это длительный процесс, но начало положено.

Какая выгода будет для Украины от вступления в ЕС? Многие люди в Украине думают, что мы не должны быть как под Россией, так и в ЕС.

Это не лучшая идея. Ведь участие в Евросоюзе выгодно для всех: как для самого ЕС, для стран, которые уже в нем состоят, так и для его новых членов. Есть множество тому подтверждений: Польша, Венгрия, Чехия, страны Балтики. Лучшее доказательство — это развитие этих стран, рост экономики. С другой стороны, есть еще и вопрос безопасности — появляется возможность присоединиться к Еврозоне и НАТО.

Сейчас вы не состоите в НАТО, поэтому Россия делает то, что делает. Мне кажется, что лучший вариант для Украины, которая находится под российской угрозой, — вступление в ЕС и НАТО.

Посмотрите на страны Балтики, если бы они не были в составе ЕС, то, боюсь, Путин сделал бы там тоже самое, что и в Крыму. Ведь там также есть русские национальные меньшинства. Для Украины очень выгодным будет вступление в НАТО — а возможно ли это, уже более сложный вопрос.

Сейчас украинские политики испытывают давление со стороны России. Как бы вы могли помочь Украине выстоять?

Я думаю, оказанием давления на россиян, давления санкциями, но более жесткими, чем те, которые Европа налагала раньше. Почему Европа не вводила жесткие санкции с самого начала — это вопрос. Думаю, дело в том, что такие санкции окажут негативное влияние и на европейскую экономику, здесь все понятно, однако гораздо сильнее будет давление на российскую экономику.

Без этого существует огромная угроза в будущем, не только со стороны России, но и, например, со стороны того же Китая, который может посмотреть на пример Крыма, увидеть, что ничего с Россией за это не произошло, и тоже решит занять чью-то территорию.

Когда был Майдан, санкции по отношению к Януковичу начали вводить только после того, как уже погибло сто человек…

То, что ЕС не был достаточно активен до тех событий, было ошибкой.

Вы помните то время, когда Янукович метался между Путиным и ассоциацией, и уже тогда ЕС должен был вести себя более активно. Но это уже история. Все, что может делать Запад сейчас — давить на Россию сильнее. Накладывать более жесткие экономические и политические санкции.

Есть гарантии, что такая ошибка не будет допущена снова?

Надеюсь, что такой ошибки не будет, хотя наверняка этого никто знать не может — в ЕС есть разные точки зрения. ЕС обычно не вводит санкции сразу, он говорит: «Ладно, мы дадим еще немного времени…» Мы будем давить, настаивать, но если Россия не изменит свою позицию (а я думаю, что не поменяет), тогда необходимо будет вводить дополнительные санкции.

Источник: http://delo.ua