Израильский пилот ВВС: Ядерный реактор в Сирии был уничтожен «точными и тихими действиями»

Новости Израиля сегодня 21.03.2018: Этим утром, 21 марта, корреспонденту 7 канала удалось взять интервью у одного из пилотов израильских ВВС, который, в ночь с 5 на 6 октября 2007 года, принимал участие в ликвидации ядерного реактора в Сирии.

«В конце того лета я как раз закончил обучение, дающее право занять должность заместителя командира эскадрильи… а за несколько месяцев до того, меня и группу пилотов послали на тренировки для задания, о котором [тогда] я ничего не знал. Каждые несколько недель начинался новый этап подготовки, и чутьё мне говорило, что нам предстоит что-то очень важное, но детали оставались неизвестными для меня и моих друзей до самого дня операции», — сказал пилот.

«Однажды утром в сентябре пилоты были вызваны на базу… командиры сказали нам, куда мы полетим, и рассказали о характере цели. Бóльшую часть времени подготовки мы не знаем о характере цели, отдавая предпочтение тонкости проведения самой операции, как и что нужно сделать для её лучшего выполнения…», — напомнил он.

Бомбардировка ядерного реактора отличается от бомбардировки другой цели?

«Техническое действие – это последовательность, выработанная в нас упражнениями и подготовкой, которые должны выполняться до и во время атаки. Но в конце приходит понимание того, что есть что-то еще, что вас сопровождает, и вы понимаете, что это миссия, которая имеет только один шанс на успех, и это должно произойти сейчас, больше никогда и никто этого не сделает…».

Наконец, в назначенный час, посреди ночи «мы вылетели с базы. Это была темная ночь, время за полночь, и нам предстояло преодолеть большое расстояние до цели, находящейся на враждебной территории. Мы летели на низкой высоте, очень близко к земле, принимая по нескольку решений за несколько секунд», — вспоминает пилот.

«Было очень важно, чтобы мы не были обнаружены радарами врага, пока по очень длинному маршруту добирались до цели. В нужный момент мы резко поднялись на необходимую высоту, чтобы сбросить бомбы. Мы летели в особом порядке, когда нужно было сбрасывать бомбы на объект…».

В этот момент вы действовали как роботы или думали о том, что происходит?

«Нет, мы не действовали как роботы. Если в обычном полете я проверяю все датчики только один или два раза, прежде чем сброшу бомбы, то на этот раз я проверил все показатели, наверное, раз пять, и был абсолютно уверен, что бомбы будут сброшены в точное время, чтобы попасть с точное место».

«Мы сбросили бомбы с самолета, и примерно через 10-30 секунд уже видели, что они поразили цель. Сначала мы видели взрывы, обозначающие только первичный урон, а затем, через одну-две минуты, видели полное разрушение…».

«Это была очень точная, очень значительная и очень тихая атака, которая не оставляет никаких сомнений в том, будет ли объект продолжать работать после неё? Было также желание сделать это очень точно и осмысленно-спокойно, чтобы и мы, и другая сторона могли продолжить свою повседневную жизнь без войны».

И как быстро вы должны уйти, потому что реакция могла наступить очень быстро?

«Во-первых, нам нужно было понять, что миссия выполнена.Поняв это, мы полностью сосредоточились на обратном пути. Но помню, что, по дороге обратно я думал о значении этой операции. Это было во второй раз, когда государство Израиль направило ВВС атаковать вражеский ядерный реактор, и мы знали все уроки, извлеченные из операции [в Ираке] 1981 года, мы знали эту операцию наизусть. Поэтому мы знали о значении, и думали о будущем государства Израиль после этой, проведенной нами операции».

Как вы смотрите на то, что до сих пор оно хранилось в секрете?

«Государство Израиль решило держать эту операцию в тайне, чтобы предотвратить войну с Сирией. Ситуация в 2007 году была очень напряженной, и это было стратегическое решение».

Теперь, спустя 10 лет, мы не только понимаем, что произошло тогда, мы также можем подумать, какова будет ситуация, если сегодняшняя Сирия обзаведется ректором.

«Я думаю, что государство Израиль не допустит существования экзистенциальной угрозы на Ближнем Востоке. Так было в Ираке в 1981 году, это было в 2007 году в Сирии, и я считаю, что так будет в любом другом месте, где мы сможем дать точный и правильный ответ, ликвидируя возникшую новую экзистенциальную угрозу».